ПРИДИТЕ КО МНЕ ВСЕ!

«Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас». Мтф. 11:28.

Детство Людмилы прошло в живописных местах Приишимья. Их небольшой бревенчатый домик как бы притулился к зеленой опушке на краю Синицинского бора. Неподалеку находился большой луг, который на две, почти равные части, разрезала небольшая речушка, впадающая в Ишим и которую местные жители называли Пескариха.

Лесхоз, в котором работал ее отец, располагался здесь же в поселке не далеко от города. Жили не богато, но Людмила, выросшая на природе, умела ценить богатства не ветшающие: хвойную свежесть окружающего леса, красоту колосящихся хлебных полей, зеленые волны заливных лугов, а еще больше она ценила красоту в людях.

Не ту красоту кричащую, бросающуюся в глаза, а красоту тихую, неприметную, скромную,  которая сокрыта в душе человеческой. Ее тянуло к людям простым, открытым, чистым душою и милосердным. Такие люди и с природой говорят, как с живой и с людьми обращаются, как с сокровищем.

В девятнадцать лет по любви и с благословения родителей она вышла замуж за соседского паренька Николая.  И хоть прожили они не долго, но счастливо. Николай души в ней не чаял, каждое ее желание предупреждал, возвращаясь с работы, то цветов полевых нарвет, то ягод наберет, то сладостей купит.

Но счастье человеческое недолговечно, через три года Николай погиб в автокатастрофе, оставив её одну с годовалым сыном.

Поплакала, поплакала молодая вдова и утешилась, глядя на чудного малыша, который ни на минуту не отходил от мамы.

В трудах и заботах летело время, Людмила и не помышляла более о замужестве. Но как-то в лесхозе появился новый тракторист Виктор, парень из себя вроде ничего, работящий и общительный, только вот к рюмочке неравнодушный, он и предложил молодой вдове выйти за него замуж.

Поскольку надежд на новое счастье не было, родители настояли: «Выходи, Людка, кто тебя с ребенком-то теперь возьмет, может женится, образумится, пить-то и бросит».

«И правда, — подумала Людмила, – возможно человек от неустроенности пьет, не зная, куда себя деть, а будет у него семья, появятся заботы, глядишь, выпивку и оставит».  Так и уговорили ее.

Виктор некоторое время после регистрации и скромного застолья не пил и с Людмилой был ласков и обходителен.  Чувствовалось, что ему нравится жить семейной жизнью, ощущать к себе заботу и внимание.  С работы он спешил домой, старался помочь жене по хозяйству управиться и обустроить дом.  Но шло время и то, что вначале казалось праздником, потихоньку превратилось в обыденность и потеряло свою свежесть и привлекательность. Все чаще Виктор стал задерживаться на работе с друзьями, иногда выпивать, а потом и вовсе приходить домой пьяным.

Шло время, у них родился совместный сын, и Виктор, на радостях, совсем запил. Остановился он только две недели спустя, придя домой грязным, пропахшим табаком и винным перегаром. Несколько дней отлеживался, а потом по настоянию жены поехал в город кодироваться от алкогольной зависимости.

Почти год он не пил и у Людмилы появилась надежда, что в их семью снова вернется мир и счастье. Человек так устроен, что ему всегда хочется верить в доброе, чистое, светлое, но, к сожалению, Виктор снова запил.

Людмила не отступала. Она мужественно, боролась за свое счастье.  Как могла, пыталась сохранить семью, стараясь поддерживать Виктора  в борьбе с грехом.  Она убеждала и ругала его, лечила и кодировала, да так и не смогла одолеть зеленого змея. Семья потихоньку рушилась.

Виктор после каждого запоя страдал, переживал, он сам понимал, что погибает, но сделать с собой ничего не мог. Грех был сильнее его, и поэтому, немного поправившись, он снова и снова срывался в запой. Так он пил и лечился, снова пил и лечился, кодировался, зарекался, но все впустую.

Незаметно шли годы, подрастали дети, прибавлялась седина, а Виктор падал и падал, опускаясь все ниже в трясину греха. Людмила переживала, все ее надежды на лучшую жизнь окончательно разрушились. Муж-пьяница, – может ли быть, что хуже?

Дети вынуждены были постоянно видеть это безобразие. «Не хочу, чтобы они выросли в такой грязи и повторили путь отца, не хочу, чтобы их руки когда-нибудь взяли стакан», — думала Людмила.  Сколько грязи, ссор и побоев ей пришлось вынести за десяток лет совместной жизни- известно только Богу.  В трудные минуты жизни, когда не было никаких сил выносить страдания, она склоняла свои колени перед иконой и говорила:  «Господи, если Ты есть, если есть у Тебя глаза и уши, если Ты меня можешь видеть и слышать, то забери меня к себе. Я устала, Господи!

Я не хочу больше так жить! Я хочу умереть и остаться в Вечности мо лодой и красивой, и чтобы душа моя с Тобой пребывала, Господи!»

Дьявол тут как тут, он хороший помощник в таких делах, торопил ее покончить с жизнью, много разных смертей предлагал, говоря: — Быстрее, быстрее вешайся, там за пределами смерти уже нет никаких страданий, там тишина и бесконечный покой.

Но Людмила отвечала:  — Не могу я это сделать в доме.  Дети будут бояться жить здесь.  Тогда он гнал ее в лес. Словно какая-то неведомая сила влекла её из дома в горельник, что у брусничного ряма, к сломанной сосне: — Там, в лесной глухомани, ты найдешь покой душе своей, — говорил голос. Но Людмила не спешила, что-то останавливало ее, не доверяла она этим голосам.

А дьявол делал все новые и новые предложения: то предлагал броситься в колодец, то с моста под поезд и скоро решить все проблемы, но она чувствовала враждебность этих сил и медлила.

В такие моменты сердце Людмилы искало Бога, она плакала, томилась, хотела говорить с Ним, но не знала, где найти Его.  Иногда ей казалось, что Бог совсем близко, надо сделать лишь небольшое усилие, только протянуть к Нему руки, и Он ответит.

«Где Ты, Господи, и как найти Тебя?   Я так устала без Тебя, Бог мой, приди ко мне и утешь мое сердце!» — взывала Людмила.

Она чувствовала, что где-то рядом течет совсем другая жизнь, где люди свободны, счастливы и совершенны, живут в радости и любви. Ведь не может же такого быть, что человек рождается только для страданий, труда и болезней.

«Господи, для чего Ты создал всю эту красоту, для чего создал этот прекрасный мир, если я не могу им наслаждаться, если нет этой красоты в сердце моем, — думала Людмила, — одни скорби и страдания. Все попрано грехом, изуродовано и поругано.  Неужели впереди одна беспросветная тьма?   Нет, Господи! Не может быть, не верю!»

Решение пришло мгновенно — разойтись!  Людмила больше и дня не хотела жить с Виктором под одной крышей, не хотела, чтобы сердца ее детей были изуродованы пьяною жизнью отца. Так в тридцать три года она снова осталась одна. Жизнь ее стала спокойней, в ней появились некоторые радости, а главное появилось время, когда Людмила могла принадлежать самой себе. И пусть этого времени было не много, но она посвящала его поискам смысла человеческого бытия, истины и Бога. Читая старую Библию, по крупицам собирала знание о Нем.

А жизнь шла своим чередом: подрастали сыновья, появлялись новые заботы, приходилось много работать, чтобы дать детям хотя бы самое необходимое. Но поиски Бога не прекращались.  Часто смотря в звездное небо, она думала:  «Ведь есть же Тот, Кто создал все это, Кто дал нам жизнь, неужели Ему все равно, что я здесь без Него страдаю и мучаюсь?  В чем смысл моего существования?  Для чего я живу?  Где мне найти тебя, Господи?» — такие вопросы все чаще и чаще тревожили душу Людмилы.

Незаметно подросли дети, а вместе с ними выросли проблемы. Однажды старший сын Василий, которому шел семнадцатый год, пришел домой пьяным – это Людмилу убило.  Не зная, что делать, она упала на колени и со слезами до утра молилась, сотрясая кулаками небо.  «Где Ты, Господи? Призри на мои страдания. Ты видишь, какая невыносимая боль сковала мое сердце.  Я не хочу такой доли для сына! Не хочу, чтобы дети мои повторили путь отца. Спаси нас, Господи! Только Ты можешь сделать то, что мне оказалось не под силу. Услышь меня грешную и земную!»

Всю ночь Людмила не находила себе места и, простирая руки, взывала к небу, пытаясь докричаться до Бога. Ей казалось, что Господь где-то рядом, что Он зовет и ждет, но где?    Она не знала, как найти Его и от того страдала и мучилась. Всем нутром своим, ощущая потребность в Боге утром, одевшись, она пошла искать Его!  Никого из верующих в своем поселке она не знала и потому направилась в церковь, рассуждая: «Где же еще быть Богу, как ни в церкви?»

Пройдя несколько километров до райцентра, она остановилась у храма и, притулившись к большой белой березе, плакала, не решаясь войти.  «Господи! Неужели Ты не видишь меня, неужели не слышишь?   Я же здесь, Господи!  Я пришла к Тебе через многие годы, через боль и страдания, через разочарования и потери, я принесла Тебе мою разбитую жизнь, помоги мне, Бог мой! Я ищу тебя!» – снова и снова взывала Людмила.

Но ответа не было. Лишь стая пестрых голубей суетилась на площади, собирая крошки хлеба и забавно поднимая клювики, пила воду из талой лужицы.

«Я же рядом, Господи, неужели Ты не видишь меня?  Я у храма Твоего, я жду Тебя, взгляни на меня и ответь!»

Она смотрела на величественный крест, высоко взметнувшийся в синее весеннее небо, на золоченые купола, сияющие на солнце, прислушивалась к торжественному перезвону колоколов и тихо плакала.  «Где Ты, Бог мой, я почти нашла Тебя, Господи, но не знаю куда идти, к какой иконе подходить, кому ставить свечи, кому молиться и что говорить?   Где Ты, Господи?  Пошли человека, который приведет меня к Тебе. Я не могу найти Тебя, Бог мой».

Шло время, Людмила стояла у храма, вспоминая всю свою нелегкую бабью жизнь и жалуясь на свою горькую долю, взывала к Господу.  Так в слезах и молитвах она простояла весь день, терпеливо ждала и тихо плакала, но никто не пришел, чтобы привести ее к Богу.  Не дождавшись, она медленно пошла домой.

Пришла вечером замерзшая и вся в слезах, обо всем рассказала матери, прося ее на следующий день вместе с ней пойти в церковь.  Но мать, не понимая отчаянного состояния дочери, наотрез отказалась пойти с ней. Сестра тоже не захотела несколько верст идти по размытой весенним паводком дороге, неизвестно для чего.

А Людмила не находила себе места.  Вся ее измученная душа желала увидеть Бога живого и Милосердного!

«Придите ко Мне все!» — ясно слышала она тихий и ласковый голос, зовущий ее.  Голос звучал почти реально, он не давал покоя: «Придите ко Мне все…, придите ко Мне все…» – снова и снова нежно, но настойчиво звучал призыв.

Голос звучал все сильнее и сильнее, она не находила себе места, металась по комнате, подходила к иконе, выглядывала во двор. Затем в изнеможении присела у окна и, вытирая слезы, упрямо твердила: «Мне к Богу надо!  Мне к Богу надо! Он зовет меня!  Я слышу Его голос, Он зовет меня!»

Близкие загадочно переглядывались между собой, думали, что с ней что-то не так, что-то случилось, совсем рехнулась баба, наверное, с ума сошла.  Наконец, мать, не выдержав ее бесконечных причитаний, сорвалась и, останавливая ее, закричала: «Зачем тебе Бог?  Что ты себе выдумала, дура!  Какую блажь в голову вбила?   Живут же люди без Бога!  Все живут, и ты живи!   Не мучься дурью, найди себе мужика и живи как все бабы!  Успокойся!»

Сестра, тоже не зная, как остановить ее, ругалась.

«Но я к Богу хочу! К Богу хочу!», – снова и снова  упрямо твердила Людмила.

И вот, наконец, сестра, сжалившись, говорит: «Ладно, пойдем, я знаю одну, она в молитвенный дом ходит.  Отведу тебя к ней, может она поможет тебе».

Людмила пошла. Шли они долго, почти на другой край поселка и пришли к небольшому аккуратно выбеленному домику, с голубыми ставнями и чисто убранным палисадником.

Вошли, и первое, что Людмила увидела, эта женщина была «живая!» Глаза её светились каким-то теплым и радостным огнем, она была вся открытой и лучистой, как весеннее солнце, от нее веяло чем-то новым и неземным.

Увидев ее, Людмила, так и ахнула:  «Господи, вот бы и мне, хоть немного побыть такой же счастливой, как она. Хоть один бы день пожить в любви и радости. Я так устала, Господи, нести на своих плечах этот тяжелый груз забот.  Не оставь меня, мой Бог!»   Она упала на колени и тихо заплакала: «Помоги мне, добрая женщина, я к Богу хочу».

Женщина протянула Людмиле свои руки и, опустившись рядом с ней на колени, стала молиться.  Простые слова молитвы лились мягко, они, как нежное журчание ручейка, успокаивали сердце Людмилы. Женщина молилась так, как будто говорила с кем-то, находящимся здесь, в этой комнате и от кого у нее не было никаких секретов. Слова молитвы были тихими, но искренними и доверчивыми, и от этих слов небо вдруг ожило. Оно то поднималось, то опускалось и всей своей чистотой и свежестью обнимало Людмилу.

С глаз ее непрерывно текли слезы, и тяжелый груз освобождал душу. Губы тихонько повторяли нехитрые слова молитвы, затем она все смелее и смелее стала призывать Господа в свою жизнь, прося не оставлять ее одну.   Постепенно в ее сердце пришел мир, радость и бесконечная любовь наполнила душу.

«Господи, прости меня грешную!  Я так долго искала Тебя, так долго шла к Тебе, Господи, и вот, наконец, нашла! Ты не там, где кресты, Господи! — сквозь слезы твердила Людмила. —  Нет!  Ты не в золоте куполов и не в праздничном перезвоне. Ты не в рукотворных храмах живешь, Господи!   Ты здесь в тишине и любви устроил себе обитель.

Я нашла тебя, Бог мой!  И уже никогда не оставлю».   Неземная радость объяла Людмилу, она ликовала и всем своим сердцем чувствовала присутствие Божие. Небо опустилось на землю, и Ангелы на небесах радовались еще одной кающейся грешнице.

«Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворенных храмах живет и не требует служения рук человеческих, [как бы] имеющий в чем-либо нужду, Сам давая всему жизнь и дыхание и все.

От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас: ибо мы Им живем и движемся и существуем…,

Итак мы, будучи родом Божиим, не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого.

Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться»   Деян. Апост. 17:24-30.

Дорогая душа, если ты все еще одиноко страдаешь в этом лживом и развращенном мире, если тебе негде приклонить голову и излить свое сердце, знай, что Бог зовет тебя!

Он ждет тебя и стучится в твое сердце.

Он говорит с тобой через страдания, проблемы и радости.

Когда ты падаешь — Он поднимает тебя, когда ты страдаешь — Он утешает, когда грешишь — Он обличает, но никогда не оставляет одну.

Он любит тебя и терпеливо ждет!

Он, Отец наш Небесный, желает сделать тебя счастливой здесь на этой земле и в Вечности.

                                                                                                        Олег  ЗАМУРУЕВ




Поделиться с друзьями: 

Один комментарий

  1. Александр, Тверская область пос. Старая Торопа:

    Очень трогательная история, я так же очень долго искал Бога. Работал в Москве отделочником по ремонту квартир и так получилось, что попалась нам работа в медучилище — общежитии и учебном корпусе. Но обстоятельства так сложились, что хоть вой, платить нам не хотели потому как мы не давали взятку главному инженеру и он настроил против нас всё руководство. Жена тоже вся на нервах, постоянно закатывала мне истерики. Как говорится попал между молотом и наковальней. Вот тут я и стал искать выход, мы в чужом городе, кто поможет — только Бог! И я стал молится просить Бога вмешаться в нашу жизнь показать выход. И Бог начал действовать во первых, Он обеспечил нас левой работой. Мы жили в общежитии и понемногу работали и выполняли заказы на стороне, с этого и кормились, так как была зима и нам некуда было идти, то до весны продержались. Потом Бог показал мне церковь, где я мог общаться с Ним и братьями во Христе. Так я и уверовал! Жив Господь, слышит наши молитвы и помогает тем кто к Нему обращается. Слава Богу!

Оставить комментарий:

Ваш e-mail не будет опубликован.